Ирвинг Вашингтон история биографии

Вашингтона Ирвинга называют отцом американской прозы, первым заокеанским автором, которого можно читать без усилий, и первым американцем, который понял, что в отечестве не всё слава Богу.

Всё это правильно. С одним уточнением: американец Ирвинг в творчестве был гораздо более европейцем, чем американцем, тяготел к Старому Свету, где, кстати, провёл немалую часть жизненного срока.

Отпрыск богатого семейства (его отец широко торговал вином и сахаром), Ирвинг родился в Нью-Йорке. Родному городу он отплатил тем, что в 1811 году выпустил в свет "Историю Нью-Йорка, сочинённую мистером Дидрихом Никербокером". Выходу книги предшествовала первая в Новом Свете маркетинговая кампания, проведённая изобретательно и остроумно. В городских газетах появились сообщения о чудаковатом старичке Дидрихе Никербокере, который прибыл неизвестно откуда и почти без багажа, остановился в гостинице, а затем бесследно исчез, оставив рукопись некоей книги, которую владелец гостиницы издаёт в покрытие убытков от гостя, исчезнувшего, не заплатив за постой.

Книгу встретили после такой рекламы с большим интересом: ну-ка, ну-ка, что же написал сей таинственный старикашка?

То была пародийная, загримированная под эпос юмористическая и сатирическая история Нью-Йорка, сперва голландского, затем (с 1664 года) английского города. Битвы англичан с голландцами описывались в гомеровской манере изображения схватки Ахилла и Гектора: один победил, стукнув противника в лоб фляжкой с крепкой голландской водкой, другой обратил врага в бегство тем, что отсёк ему карман кафтана, набитый хлебом и сыром, третий разил врагов, скрываясь в облаке дыма от собственной трубки...

Ирвинг не сочинял крупных вещей, его излюбленным жанром была новелла. Самые известные его рассказы (кстати, неоднократно издававшиеся сборниками по-русски) – это "Рип Ван Винкль", "Легенда о Сонной Лощине", "Дьявол и Том Уокер", "Вольферт Веббер". В "Рипе Ван Винкле" Ирвинг использовал европейский бродячий сюжет о "спящем красавце" – его герой, проспав в пещере 20 лет, как Фридрих Барбаросса, просыпается и не узнаёт родную страну...

Много лет Ирвинг провёл в Испании, где служил консулом. Эта страна его совершенно очаровала. Изъездив Испанию вдоль и поперёк в седле (спутником его был молодой русский князь Долгоруков, атташе российского посольства в Мадриде), Ирвинг выпустил цикл книг испанско-восточной тематики – новелл, очерков, легенд, самая известная из которых "Альгамбра".

Он прожил спокойную, сытую, размеренную жизнь лояльного, образованного и небедного человека. И только в молодости позволял себе немножко фрондировать – подшучивал над пристрастием президента Томаса Джефферсона к красным плисовым штанам.

Тем временем:

... Даже деревенские ребятишки встречали его
появление шумным и радостным гомоном. Он принимал участие в их забавах,
мастерил им игрушки, учил запускать змея и катать шарики {Речь идет о
детской игре, наподобие наших бабок.} и рассказывал нескончаемые истории про
духов, ведьм и индейцев. Когда бы ни проходил он по деревне, его постоянно
окружала ватага ребят, цеплявшихся за полы его одежды, забиравшихся к нему
на спину и безнаказанно учинявших тысячи шалостей; кстати, не было ни одной
собаки в окрестностях, которой пришло бы в голову на него залаять.
Большим недостатком в характере Рипа было непреодолимое отвращение к
производительному труду. Это происходило, однако, не потому, что у него
нехватало усидчивости или терпения, - ведь сидел же он сиднем, бывало, на
мокром камне с удочкой, длинною и тяжелой, как татарская пика, и безропотно
удил целыми днями даже в тех случаях, когда ни разу не клюнет; бродил же он
часами с ружьем на плече по лесам и болотам, по горам и по долам, чтобы
подстрелить нескольких белок или лесных голубей. Никогда не отказывался он
пособить соседу даже в самой трудной работе и был первым, если в деревне
принимались сообща лущить кукурузу или возводить каменные заборы; жительницы
деревни привыкли обращаться к нему с различными поручениями или просьбами
сделать для них какую-нибудь мелкую докучливую работу, взяться за которую не
соглашались их менее покладистые мужья. Короче говоря, Рип охотно брался за
чужие дела, но отнюдь не за свои собственные; исполнять обязанности отца
семейства и содержать ферму в порядке представлялось ему немыслимым и
невозможным...

Вашингтон Ирвинг (Washington Irving)
«Рип ван Винкль»